КРАСНАЯ ТРЯПКА ДЛЯ ОПЕРА
Бабушку 10-летней школьницы в наручниках увезли в отдел полиции за то, что ее внучка написала на стене нецензурное слово.
Буря в стакане воды
Управление специальных прокуроров прокуратуры области довело до логического конца уголовное дело, фигурантами которого стали сотрудники следственно-оперативной группы УВД Абайского района.
Все началось с нецензурной надписи на стене подъезда одного из жилых домов Абая. Так две 10-летние девочки в меру своей фантазии досадили своей однокласснице. Конечно, поступок, их не красящий. Но что с них взять, дети есть дети. Действовали в меру своей воспитанности. А чтобы повысить ее уровень, родителям оскорбленного ребенка требовалось поговорить с папами и мамами юных «художниц». Чтобы наказали соответствующим образом и впредь пристально следили за их поведением. И на этом бы история закончилась. Но на беду всех сторон у обиженной девочки оказался не просто папа, а сотрудник УВД Абайского района. А как представитель правоохранительных органов он привык действовать быстро, решительно и жестко. Чего не сделаешь ради любимой дочери.
Мужчина позвонил своим коллегам в дежурную часть.
— Пусть в срочном порядке ко мне домой выдвинется следственно-оперативная группа, — попросил он.
— Что случилось? — насторожился дежурный, знавший, что по пустякам группу не вызывают.
— Да тут дети в адрес моей дочери написали на стене оскорбительные выражения. Надо их наказать…
— Думал, что-то серьезное случилось, — заколебался дежурный, не знавший, что делать в такой ситуации.
Но о звонке поставил в известность старшего следственно-оперативной группы следователя Бибинур Галиеву. Хоть и женщина, но на тот момент все решала именно она. По доброте душевной отзывчивый следователь дала команду выехать на место происшествия: как же отказать коллеге? Вероятно, на тот момент в УВД не было никаких серьезных дел — в городе перевелись воры, алкоголики и дебоширы, — а тут появилась возможность косточки размять. Следственно-оперативная группа в полном составе села в служебный «УАЗ» и отправилась к своему коллеге.
— Мою дочь обидели ее одноклассницы, — ввел он в курс дела прибывших коллег. — Хоть им и по десять лет, но надо их как-то поставить на место.
Фактически никакого дела и не было. Заурядное недоразумение бытового уровня, не требовавшее вмешательства сотрудников полиции. Но если очень хочется, то преступление можно придумать, так сказать, притянуть за уши. Тем более, неприличная надпись на стене в подъезде подпадала под статью 131 ч. 1 Уголовного кодекса РК «Оскорбление, то есть унижение чести и достоинства, выраженное в неприличной форме».
— Следователю и оперуполномоченному стало известно, что надпись сделали 10-летние девочки, — отмечает специальный прокурор Азамат Сарсекеев. — Таким образом, в силу своего возраста они не являлись субъектами уголовного правонарушения. Ибо к уголовной ответственности привлекается лицо, достигшее ко времени совершения правонарушения шестнадцатилетнего возраста. Более того, следователь прекрасно знала, что деяния данной категории считаются делами частного обвинения и досудебное расследование по ним не проводится.
Иными словами, сотрудникам следственно-оперативной группы надо было выразить только глубокое сожаление своему коллеге, развернуться и отбыть назад, в УВД. Так требовал закон. Но они, проявив преступную инициативу, подняли бурю в стакане воды.
Без вины виноватая
Следователь со всей серьезностью произвела осмотр места происшествия. Внимательнейшим образом изучила стену дома, на которой детские ручки написали нехорошие выражения. Видимо, сама оскорбилась, приняв их в свой адрес. Иначе как понять ту кипучую энергию, которую она в дальнейшем проявила?
Для начала сотрудники следственно-оперативной группы задержали одну из подозреваемых — 10-летнюю Вику, у которой выяснили, где может находиться ее подруга, 10-летняя Надя Иволгина. Проверив оружие и спецсредства, последовали на задержание второй подозреваемой. Словно предчувствовали, что нарвутся на серьезное сопротивление. Наработанный за время нелегкой службы инстинкт не подвел правоохранителей.
По установленному адресу они нашли Надю, а также ее бабушку, 50-летнюю Елену Петровну Иволгину, и дедушку.
— Там следователь Галиева и оперуполномоченный Булат Жумадилов, — говорит Азамат Сарсекеев, — не признавая Елену Иволгину в установленном законом порядке в качестве законного представителя несовершеннолетней и не разъяснив ее права и обязанности в данном статусе, в грубой форме потребовали, чтобы она вместе с внучкой проехала с ними в УВД для разбирательства. Это примерно выглядело так:
— Эй, бабка, бери внучку и чапай с нами…
— А она что, преступник? Это же ребенок! — возмутилась Елена Петровна, изумленно разглядывая троих вооруженных до зубов правоохранителей. — Ну, написала глупость с подружкой. Сейчас ее ремнем угожу, больше такое делать не будет.
Полицейские оставались непреклонными:
— Одевайтесь и на выход…
— Вообще-то, у Нади есть мама, которая сейчас находится на работе. Она и должна представлять интересы девочки.
— Ничего не знаем…
Бабушка оказалась грамотной: потребовала, что если полицейским так хочется с ней побеседовать, то пусть в официальном порядке вручат повестку.
— Так это неповиновение нашим законным требованиям! — возмутились следователь и опер.
— Все фиксируй на видеокамеру, — приказала криминалисту Бибинур Галиева.
— Брысь отсюда! — возмутилась Елена Петровна. — Это что за нужда — такая снимать мою квартиру?!
Женщина хлопнула дверью, и следственно-оперативная группа оказалась разорванной на две части: на лестничной площадке остались следователь и криминалист, а в квартире «злоумышленницы» — оперативник. Полицейские доказали, что не зря регулярно занимались физической подготовкой. Следователь рванула дверь к себе, а опер вытолкал босоногую бабушку на лестничную площадку. «Герои» вели себя так, словно перед ними рецидивист, обвиняемый за тяжкое преступление, а не слабая пожилая женщина.
— Мне плохо, — Елена Петровна схватилась за сердце.
Тут дурно стало бы любому здоровяку. Но оперуполномоченный Булат Жумадилов на жалобы женщины ноль внимание. Он храбро заломил ей руки за спину и ловко надел наручники.
— Вы что делаете?! — закричал муж Иволгиной, ставший свидетелем этой дикой картины.
…— Следователь Галиева, как руководитель дежурной следственно-оперативной группы, — подчеркивает специальный прокурор Азамат Сарсекеев, — не только не пресекла незаконные действия оперуполномоченного, но запретила, чтобы супруг бабушки оказал ей какую-нибудь помощь. Более того, прокомментировала поведение Булата Жумадилова, как наказание за оказанное им неповиновение.
Все это безобразие по указанию следователя криминалист исправно снимал на видеокамеру: приказ есть приказ. Видеоматериал, по мысли руководителя следственно-оперативной группы, должен был стать веским доказательством вины Елены Петровны, которой уже мысленно шили дело за злостное неповиновение представителям власти. Полицейские уже совсем забыли об ее 10-летней внучке, из-за которой и начался весь этот сыр-бор.
На коленях в багажнике
У соседей, привлеченных большим шумом в подъезде, от удивления округлились глаза, когда они увидели, как трое полицейских вывели во двор босую Елену Петровну, закованную в наручники.
— Что-то натворила, — решили наивные люди, знающие: полицейские не возьмут абы кого в такой жесткий оборот.
— Снимите наручники — я плохо себя чувствую, — стала просить Иволгина опера.
— Несмотря на возраст, вы чрезвычайно опасная женщина, — на полном серьезе заявил тот, — и представляете серьезную угрозу для моего здоровья. Тем более у меня нет ключей от наручников.
Насчет ключей Булат Жумадилов, конечно, шутил. Такой вот у полицейских черный юмор.
Из материалов уголовного дела:
«При этом оперуполномоченный потребовал, чтобы Елена Иволгина разместилась в багажном отделении спецмашины, не предусмотренном для перевозки людей. И женщина вынуждена была находиться там в полусогнутом положении, встав на колени. В пути следования она продолжала жаловаться на ухудшающее состояние здоровья и просила о помощи. И только по приезду в УВД, примерно в 20.30 оперуполномоченный снял наручники с доставленной Елены Иволгиной».
На этом страдания измученной женщины не закончились. Следователь накропала рапорт о неповиновении Елены Петровны представителям власти, который был зарегистрирован в Едином реестре досудебных расследований. А оперуполномоченный повез «подозреваемую» на освидетельствование в Центральную больницу Абая: потребовалось установить, находилась ли она в состоянии алкогольного опьянения. Для этого опер взял у старшего следственно-оперативной группы специальное направление. Конечно, Елена Иволгина была трезва как стеклышко, но представители власти до конца гнули свою линию, пытаясь психологически сломать женщину. Но им не удалось это сделать. Уже в больнице, а уже была глубокая ночь, Елена Петровна вырвала из рук оперативника направление, смяла бумагу и зажала в своем кулаке.
— Это не направление, а фикция, — заявила она. — И я его вам не отдам.
Как в той песне: «Врагу не сдается наш гордый «Варяг»». Жумадилов уже привычно заломил мужественной женщине руки за спину, вновь надел наручники и привез назад, в УВД Абайского района.
…— В результате преступных действий оперуполномоченного и следователя, — говорит специальный прокурор Азамат Сарсекеев, — был причинен существенный вред правам и законным интересам потерпевшей, а также кратковременное расстройство здоровья в виде кровоподтеков плеч, левого предплечья, мягких тканей левого лучезапястного сустава, ссадин левого плеча, левого коленного сустава.
Данный случай попал в поле зрения управления специальных прокуроров прокуратуры области. В отношении полицейских возбудили уголовное дело по факту превышения власти или должностных полномочий.
Недавно стало известно, что Абайский районный суд назначил уже бывшим следователю и оперуполномоченному по пять лет ограничения свободы.
Анатолий ИНОЧКИН
Комментариев нет:
Отправить комментарий